С началом СВО наметился подъём патриотизма, возведённый в ранг государственной идеологии. Об этом постоянно говорит президент. Было ожидание, что грядут преобразования в стране: подъём энергии, вместо застоя жизни по чужим правилам.
Возникнет прорыв и в культурной жизни. Но, увы, ничего серьёзного не произошло и не происходит. Происходит лишь карикатуризация патриотизма, а патриотов держат как можно дальше от культуры.
Патриот, с точки зрения работников культуры, должен вызывать смех или страх. Патриотизм и культура — противоположные понятия. Культура — она ведь без границ, а патриотизм всегда в границах государства.
Конечно, патриотизм полностью не отвергается. Боже упаси! Ему лишь указывается его место, весьма далёкое от высоких материй и неких смыслов.
Какой в патриотизме смысл? И какая польза? Только, не разгибаясь работать да оберегать страну от ворогов. Так что, образ патриота у нас, как правило, потешный и стереотипный, доведённый до абсурда: медведь в ушанке с автоматом и балалайкой.
Патриот не мыслит, а лишь исполняет приказы. И здесь не до тонких материй. Правда, в минуты роковые должен прийти на помощь, защитить и сразу молча уйти, чтобы не докучал.
Патриот — это звучит низко, это ширпотреб для низших слоёв, лубок, не имеющий ничего общего с истинным искусством. И понеслись по всей Руси великой маркировки, вымарывание слов и выражений, забруленные сигареты и т. д и т. п.
Начался показательный шабаш мракобесия, предрассудков и штампов, борьба со здравым смыслом.
Вся эта инквизиция патриотизма, как прошлого, так и настоящего делается ради чистого, аполитичного, нейтрального, правильного искусства.
Более того, патриотизму раз уж он есть и от него не избавиться, выделена резервация, гетто, за границы которого его не пускают. Впрочем, всё же иногда выпускают, но исключительно ради отчётности. Потому что патриотизм деятелям высокой культуры видится своего рода повинностью, оброком, который они обязаны сегодня платить.
Но даже и то немногое, что появляется в культурной жизни России, получается идиотским и безжизненным. Низкопробной штамповкой ни уму ни сердцу.
Серьёзного разговора на эту тему нигде не ведётся. Всё сводится к выдуманному постулату, что ни политика, ни война, ни патриотизм никоим образом не относятся к культуре. Этим высокодуховным, безграмотным господам, рулящим нашей культурой, не понять, что война всегда давала мощнейший подъем всех сфер культуры. Эта волна смывала всё наносное, гнилое, ненастоящее в искусстве. А впрочем, и понимают, и боятся, что эта война смоет и их, отчуждённых от родной почвы, как мусор.
Отсюда в нашей вывернутой культуре появились две двери: «та» и «эта». В «той» — кондовый, карикатурный патриот в ушанке с балалайкой, а в «этой» — истинное искусство с голозадыми смыслами и вкусом. За «этой» дверью воспринимают происходящее в стране временным, пусть и немного затянувшимся. Там выжидают, когда «ту» дверь можно будет заколотить, чтобы не ошибаться. Гвозди с молотком уже давно приготовлены.
И если не произойдёт поворот от культурного застоя, а лучше качественный переворот, заколотят не только дверь, но и крышку гроба нашей культуры.
