Афганистан стал ключевой точкой в геостратегических играх XIX века, играя роль буферной зоны между интересами Британской империи в Индии и Российской империи в Средней Азии. Обе державы опасались влияния независимых афганских племен, которые могли обострить ситуацию в приграничных регионах их империй. В конечном счете, Афганистану позволили сохранить независимость, поскольку его завоевание представлялось делом сложным и, возможно, недостаточно выгодным…
На заре Великой игры в XIX веке Афганистан находился под правлением Дост Мохаммада. Этот период характеризовался интенсивным соперничеством Британии и России за контроль над Центральной Азией. В 1826 году решительный и амбициозный Дост Мохаммад сумел взять верх над своими братьями и закрепить свою власть, заняв трон в Кабуле. Провозглашённый эмиром, он начал новый этап в истории Афганистана. Хотя британский интерес к региону впервые проявился в 1809 году на фоне соглашения с Шуджой-шахом Дуррани, именно во времена правления Дост Мохаммада, первого из династии Мухаммадзаи, Афганистан стал ареной первых маневров в рамках так называемой «Большой игры». Этот конфликт между Великобританией и Россией развернулся на фоне встречи их взаимных амбиций, сходившихся в регионе. Афганистан стал центром противостояния, где вновь и вновь предпринимались попытки Великобритании установить марионеточное правительство в Кабуле. Остаток XIX века ознаменовался не только усилением европейского вмешательства в дела этого горного государства, но и обострением борьбы между местными правителями, каждый из которых стремился укрепить своё влияние, пока судьба Афганистана обсуждалась далеко за его пределами.
Дост Мохаммад заручился авторитетом среди своих братьев благодаря поддержке со стороны племён кызылбашей по материнской линии и опыту политического наставничества своего брата Фатех-хана. Однако его путь к власти был далёк от простой дороги. Среди главных вызовов, стоявших перед ним, было отражение вторжения сикхов, которые угрожали пуштунским районам к востоку от Хайберского перевала. Урегулировав внутренние дела и укрепив свои владения вокруг Кабула, Дост Мохаммад подвёл силы для противостояния с внешним противником.
В 1834 году он смог отбить попытку бывшего афганского правителя Шуджи-шаха вернуть себе трон, однако эта борьба на время отвлекла эмира от ситуации в других частях страны. Сикхи воспользовались моментом, закрепившись на западных территориях, включая важный город Пешавар. В ответ на это войска Дост Мохаммада под предводительством его сына Акбар-хана одержали впечатляющую победу над сикхами в битве при Джамруде в 1836 году. Джамруд, ключевой пункт обороны в пятнадцати километрах от Пешавара, стал местом значимого триумфа для афганцев.
Но, несмотря на этот успех, афганский лидер не стал развивать наступление ради возвращения Пешавара. Вместо этого он обратился за поддержкой к Джорджу Идену, лорду Окленду, тогдашнему британскому генерал-губернатору Индии, рассчитывая на внешнюю помощь для борьбы с сикхами. Этот шаг сыграл ключевую роль: именно с этого момента началась активная фаза британского вмешательства в Афганистан. Суть Большой игры заключалась в том, что Британия и Россия неуклонно стремились контролировать или ослаблять небольшие независимые государства, расположенные между их территориальными сферами влияния — и Афганистан стал одним из главных полей для этой глобальной шахматной партии.
Гражданская война в Афганистане, раздирающая страну в XIX веке, оставила серьёзный вакуум власти в регионе Гиндукуш, который не мог остаться незамеченным британцами. Они отлично понимали стратегическое значение этой зоны, что многократно подтверждалось историей: через неё пролегали ключевые маршруты вторжений в Индию. В первые годы XIX века британцы сделали вывод, что главная угроза их доминирующей позиции в Индии исходит вовсе не от разрозненных афганских племен, иранской армии или амбиций Наполеона. Новый вызов пришел с Севера — русские войска начали систематическое продвижение в направлении Средней Азии, захватывая территории к югу от Кавказа. Что никак не входило в планы Туманного Альбиона, ведь ему нужна была эта территория в перспективе вторжения в Россию.
В этой игре на выживание в регионе возникло взаимное подозрение. Россия опасалась британской экспансии, ведь она активно двигались на север, закрепляя власть над Пенджабом, Синдом и Кашмиром. Британцы же воспринимали действия России, включая поглощение Кавказа и подчинения киргизов, туркменов, а также в ханства Хивы и Бухары, как прямую угрозу своим интересам на Индийском субконтиненте. Соперничество двух империй подкреплялось двумя конкретными факторами, вызывавшими серьёзное беспокойство у Лондона.
Во-первых, Россия оказывала существенное влияние на политику при дворе шаха Ирана. Это позволило Петербургу поддержать иранцев в активном наступлении на Герат — ключевой форпост, открывавший дорогу как в Афганистан, так и в северную Индию. Особенно тревожным стал 1837 год: иранская армия подступила к Герату при стратегической поддержке российских офицеров.
Второй причиной напряжения стало прибытие в Кабул капитана Яна Викторовича Виткевича, представлявшего российские интересы. Его миссия пересеклась с задачами британского агента Александра Бёрнса, также прибывшего для проведения переговоров по вопросам коммерции.
Чувствуя угрозу влияния Ирана и России, Британия потребовала от афганского правителя Дост Мохаммада отказаться от всех контактов с этими странами и удалить Виткевича из Кабула. Помимо этого, от него ожидалось признание независимости Пешавара и отказ от претензий на регион, а также «уважение независимого статуса Кандагара», которым управляли его братья. В ответ англичане намекнули на возможность наладить отношения между афганцами и правителем Пенджаба — Ранджитом Сингхом. Однако когда британский губернатор Окленд не предоставил письменных гарантий сделки, Дост Мохаммад отвернулся от Лондона и начал переговоры с Виткевичем.
Напряжение достигло кульминации в 1838 году, когда Окленд заключил соглашение с Сингхом и Шуджа-шахом. Согласно документу, последний должен был вернуть себе трон Кабула и Кандагара благодаря поддержке Британии и сикхов. Шуджа-шах обязался признать власть Ранджита над афганскими провинциями, которые уже находились под его контролем, а также подтвердить независимость Герата. В реальности же эти договорённости означали замену Дост Мохаммада зависимым от британцев номинальным правителем с ограниченной автономией. Однако скоро стало очевидно, что участие сикхской армии в планах продвижения к Кабулу через Хайберский перевал не состоится. Весной 1838 года стратегия Британии предполагала сотрудничество с сикхами для укрепления власти Шуджи-шаха на афганском троне. К осени того же года планы изменились: теперь только британские силы должны были претворить этот сценарий в жизнь. Шуджа-шах Дуррани становился символом внешней политики Лондона, вторгающейся всё глубже в сердце Афганистана, чтобы обеспечить контроль над регионом и минимизировать влияние России.
Первая англо-афганская война (1838—42)
В июле 1839 году Великобритания успешно свергла афганского лидера Дост Мохаммада. Шуджа-шах Дуррани вторгся в Афганистан при поддержке английского вспомогательного войска. В тот же месяц англичане захватили Газни, воспользовавшись предательством. В августе Дост Мухаммед сдал Кабул Шудже без сопротивления и укрылся в Бухаре, но, видя непопулярность Дуррани, решил продолжить борьбу.
Конфликт достиг кульминации в 1841 году, когда британец Александр «Бухара» Бёрнс был убит и жестоко искалечен разгневанной афганской толпой в Кабуле. Вскоре британский гарнизон там же подвергся нападению. Британские войска попытались организовать отступление в Индию, но при переходе через перевал Хайбер подверглись жестоким атакам со стороны местных племён. Из более чем 16 000 человек из похода выжили лишь единицы. Этот трагический эпизод, который длился до 1842 года, вошёл в историю как Первая англо-афганская война. В ряде сражений афганцы умудрялись одерживать победы над британскими войсками с помощью копий и конницы. Позже британские солдаты вернулись в Кабул, чтобы отомстить, разрушая город и убивая местных жителей. Несмотря на это, они потерпели поражение в войне: марионеточный правитель был убит, а Дост Мохаммад вернул себе власть.
Ещё в октябре 1838 года лорд Окленд опубликовал Манифест Симлы, в котором изложил причины британского вмешательства в афганские дела. В документе утверждалось, что «безопасность Британской Индии требует наличия надёжного союзника на западных рубежах». Однако заявления о том, что войска лишь помогают Дуррани вернуть трон Афганистана, не убедили никого. Несмотря на обещания вывода войск после утверждения Шуджи в Кабуле, его царствование оказалось полностью зависимо от британского оружия для подавления протестов и финансовой помощи для удержания племенных лидеров.
Официально британцы отрицали факт вторжения, заявляя, что их действия ограничиваются поддержкой легитимного правительства Шуджи против чужеземного вмешательства и мнимой оппозиции. С точки зрения Великобритании, Первая англо-афганская война, впоследствии прозванная «глупостью Окленда», обернулась катастрофой. Хотя Дост Мохаммад был довольно легко свергнут, а Шуджа установлен на троне, события вскоре приняли неблагоприятный для британцев оборот. Армия из британо-индийских солдат двинулась из Пенджаба в декабре 1838 года, достигнув Кветты к марту следующего года. Уже в апреле 1839 года они заняли Кандагар без боя. Затем, после двухмесячной задержки, британцы двинулись к Газни — ключевой крепости на пути к Индии, — где одержали решительную победу над силами сына Дост Мохаммада. Последний вынужден был отступить через горные перевалы сначала в Бамиан, а затем в Бухару. В августе 1839 года, спустя почти три десятилетия, Шуджа вновь взошёл на трон в Кабуле. Однако вскоре стало очевидно, что его власть возможна только при постоянном военном присутствии Британии. После неудавшейся попытки нападения Дост Мохаммад сдался и был сослан с семьёй в Индию к концу 1840 года, где ему назначили солидную по тем временам пенсию.
К октябрю 1841 года недовольные афганские племена начали собираться, чтобы поддержать сына Дост Мухаммада, Мохаммада Акбара, в районе Бамиана. К 1 января 1842 года, когда присутствие британского гарнизона в Афганистане стало нежелательным, стороны заключили соглашение о безопасном выводе войск и их сопровождения. Через пять дней началось отступление, но по пути через заснеженные горные перевалы колонна попала под обстрел гильзайских воинов. Доктора У. Брайдона часто упоминают как единственного выжившего из отряда в более чем 16 тысяч человек (из которых около 4 500 составляли военные, включая британцев и индийцев, и до 12 тысяч — участники обозов).
Тем не менее некоторые другие люди также уцелели, оказавшись в плену или удерживаемыми в качестве заложников. После ухода британцев Шуджа смог сохранить власть лишь несколько месяцев, пока не был убит в апреле 1842 года.
Полное уничтожение гарнизона вызвало жестокую реакцию со стороны британцев, что стало причиной масштабной мести против афганцев и новой борьбы за контроль над регионом. Осенью того же года британские войска из Кандагара и Пешавара вошли в Кабул ненадолго, чтобы освободить оставшихся британских пленных и разрушить Великий базар. Несмотря на тот факт, что иноземное вторжение временно объединило афганские племена, ранее разрозненные, оно также принесло огромные жертвы и потери, оставив глубокое чувство обиды из-за внешнего вмешательства.
В течение трех десятилетий после Первой англо-афганской войны русские войска постепенно продвигались на юг, укрепляя свои позиции в регионе. Если в 1842 году российская граница оставалась на севере, далеко от Афганистана, то уже спустя пять лет её аванпосты переместились в нижнее течение Амударьи. Крупные успехи в захвате территории произошли ближе к середине века: Ташкент официально вошёл в состав России в 1865 году, а три года спустя — Самарканд. Важным этапом стало подписание мирного договора с эмиром Музаффаром ад-Дином в 1868 году, который фактически сделал Бухару зависимой от российского влияния. К концу этого периода границы Российской империи охватывали северный берег Амударьи, отмечая значительное продвижение на южных рубежах Средней Азии.
На фоне происходивших в регионе изменений Афганистан тоже оказался в напряжённой политической игре. После месяцев внутреннего хаоса в Кабуле, в 1843 году Мохаммад Акбар смог взять ситуацию под местный контроль, что позволило его отцу, Досту Мохаммаду, вернуться на афганский трон. Несмотря на его попытку вернуть утраченный Пешавар во время Второй англо-сикхской войны (1848—1849), успеха он так и не добился. Годы последующего забвения сменились новой фазой дипломатических отношений: в 1854 году британцы вновь обратили внимание на правительство Афганистана и заключили Пешаварский договор 1855 года. Это соглашение восстановило официальные дипломатические связи и закрепило взаимное уважение к территориальной целостности. Однако реальная поддержка британцев оставалась весьма ограниченной: их военная миссия, например, была разрешена лишь в Кандахаре во время конфликта с Ираном в 1856 году. В 1863 году британцы всё же согласились на захват Герата Достом Мохаммадом, но спустя несколько месяцев он скончался. Внутренние конфликты, связанные с борьбой за власть между его сыновьями, продолжались до 1868 года, пока Шер Али не восстановил контроль над Кабулом. Однако его соперник Абдуррахман был вынужден отступить через Амударью и ждать лучших времен.
После восстания сипаев 1857 года в Индии Великобритания стала рассматривать Афганистан как важный буфер между своими владениями и растущим российским влиянием в Центральной Азии. Когда Шер Али наконец утвердился в Кабуле к 1868 году, он рассчитывал на более активную поддержку британцев. Лондон был готов предоставлять оружие и финансовую помощь, но от более серьёзных обязательств уклонялся.
Эта ситуация привела к постепенному ухудшению отношений между Афганистаном и Великобританией в последующие годы. Российское продвижение также усиливало тревогу Шер Али: к 1873 году Россия уже починила земли правителя Хивы, что вызывало опасения как у афганского лидера, так и у его соседей. Надеясь на совет и защиту, Шер Али отправил посланников в Лондон, но британская сторона осталась непреклонна: годом ранее было подписано соглашение с Россией, определявшее северные границы Афганистана как предел её экспансии. Однако гарантии безопасности для афганского эмира предоставлены не были, что лишь усилило его чувство разочарования и одиночества перед лицом расширявшейся угрозы.
Вторая англо-афганская война
В 1878 году Британия вновь устремила свои силы на афганские земли, пытаясь остановить растущее влияние России в регионе. Эпизод напоминал события первой англо-афганской войны: британская армия демонстрировала военное превосходство, побеждая в отдельных сражениях и захватывая ключевые города. Однако создать долгосрочный порядок и получить значимые стратегические или экономические выгоды оказалось сложной задачей. Всё завершалось кратковременными оккупациями, разрушениями и неизбежными отступлениями. Ситуация накалилась после Берлинского конгресса в июне 1878 года, на котором была смягчена европейская напряжённость между Британией и Россией. Освободив ресурсы, Россия начала более активно действовать в Средней Азии.
Уже летом того же года дипломаты из Петербурга без приглашения отправились в Кабул, несмотря на попытки эмира Шер Али этому воспрепятствовать. Они прибыли 22 июля 1878 года. В ответ на это 14 августа британское правительство потребовало от Шер Али принять и их дипломатическую миссию. Афганский эмир не просто отказался, но и заявил, что военными методами будет пресекать её приближение. Лорд Литтон, тогдашний вице-король Индии, увидел в этих угрозах лишь блеф.
Уже 21 ноября британская дипломатическая миссия двинулась к Кабулу, но её ожидала неудача — афганцы заблокировали доступ через Хайберский перевал. Это событие положило начало Второй англо-афганской войне. Для этой кампании британцы мобилизовали около 40 тысяч солдат, разделённых на три колонны, и вторглись в страну сразу с нескольких направлений. Испугавшись за своё правление и неспособный заручиться поддержкой России, Шер Али лично отправился к царю, но вернулся из Мазари-Шарифа ни с чем. Его смерть в феврале следующего года лишь усложнила положение Афганистана.
После серии поражений новый эмир, Якуб-хан, сын Шер Али, пошёл на вынужденные уступки. В мае 1879 года он подписал Гандамакский договор, который обеспечил Британии контроль над внешней политикой Афганистана в обмен на финансовую поддержку и обещание помощи в случае иностранной агрессии. Соглашение также передало под британское управление перевалы Хайбер и Михни, а часть пограничных территорий была уступлена империи. Чтобы предотвратить возможное британское продвижение дальше, представители Британии были размещены в Кабуле и других стратегически важных местах.
Попытки восстаний против Гандамакского договора вскоре были подавлены британской армией к октябрю 1879 года. Якуб-хан предпочёл отречься от власти, боясь разделить судьбу шаха Шуджи — участника первой англо-афганской войны, ставшего жертвой внутренних интриг. Итоги этой войны изменили политическую карту региона надолго. В 1879 году афганское правительство фактически уступило контроль над ключевыми перевалами в Индию. А спустя ещё десятилетие, в 1893 году, британцы провели условную линию Дюранда, которая разграничила сферы влияния Афганистана и Британской Индии. Сегодня эта линия продолжает служить официальной границей между Афганистаном и Пакистаном.
Осознав, что Афганистан невозможно полностью подчинить, британцы решили действовать хитрее и сохранили своё влияние через дипломатические маневры и солидные ежегодные субсидии, предоставляемые правителям страны. Эта стратегия позволила наладить шаткий мир, особенно после подписания Гандамакского договора в 1879 году. По условиям соглашения афганскому эмиру Абдур-Рахману Хану передали автономное управление внутренними вопросами, сохранив за Британией контроль над международной политикой. Изначально британцы попытались организовать миссию в Кабуле, но этот шаг закончился трагедией — все находившиеся там представители были убиты.
После этого Великобритания решила управлять регионом дистанционно, избегая прямого вмешательства. Спустя десятилетие была проведена демаркация границы между Афганистаном и Британской Индией. Эта линия, известная как граница Дюранда, стала не просто географическим разделением, а глубоко болезненным расколом для пуштунского населения. Граница буквально разрезала эту этническую группу пополам: одна часть осталась в Афганистане, другая — на территории современного Пакистана. Британцы надеялись ослабить влияние пуштунов через их плавное поглощение колониальной системой Раджа. Однако эта стратегия не сработала. Сегодня линия Дюранда продолжает быть яблоком разногласий между Пакистаном и Афганистаном, причём некоторые афганцы до сих пор называют восточный Пакистан Пуштунистаном.
Недовольство британским вмешательством достигло апогея в 1897 году, когда начались атаки на форты Хайбер, Малканд и Чакдарр. Британии пришлось мобилизовать более 60 тысяч солдат для подавления сопротивления на местах. В числе этих военнослужащих оказался и молодой Уинстон Черчилль, служивший тогда кавалерийским офицером. Его военная карьера включала участие в многочисленных кампаниях: Афганистан, Судан и Южная Африка оказались ключевыми этапами его службы. В 1897 году Черчилль столкнулся с племенами возле легендарного перевала Хайбер.
В 1884 году захват города Мерва и оазиса Пандеджа Россией вызвал серьёзные опасения среди британцев. Это усилило страхи, что Россия намерена аннексировать Афганистан и районы Памира. Тем временем Британская империя усилила контроль над долинами Пенджаба и Пешавара в пределах современного Пакистана, значительно урезав автономию этим княжествам. Обе великие державы, стремясь расширить своё влияние, открыли консульства в Кашгаре, который стал важным стратегическим пунктом в регионе. Русские и британцы активно взаимодействовали с местными лидерами в Памире, Гиндукуше и горах Каракорум. Прикрываясь статусом исследователей, торговцев, имамов или монахов, шпионы обеих сторон неустанно собирали разведданные, наблюдали за передвижениями соперников и заключали альянсы.
Присутствие российских войск на территории Памира вызвало негодование британцев, которые вскоре предприняли активные действия и заняли долину Хунзах на территории нынешнего северного Пакистана. Примерно в это же время Петербург укреплял своё влияние на северо-востоке Афганистана, что только накалило обстановку в регионе. Нарастающее напряжение вынудило обе стороны сесть за стол переговоров. В результате была заключена серия соглашений в 1895 и 1907 годах, определившая новые границы их сфер влияния. Памир (сейчас территория Таджикистана) остались за Россией, а между Центральной Азией под контролем России и Индией (будущим Пакистаном), управляемой британцами, была создана буферная зона — знаменитый Ваханский коридор.
Эта узкая полоса земли на северо-востоке Афганистана стала нейтральной территорией, соединяющей Афганистан с Китаем и разделяющей интересы двух империй. Достигнутое соглашение стало символическим завершением Большой Игры между Россией и Британией. Однако шпионские интриги в таких ключевых точках, как Кашгар, продолжались еще долгие годы, доказывая, что борьба за влияние в регионе оставалась актуальной даже после формального дележа территорий.
Источник: https://webkamerton.ru/2026/02/anglo-afganskie-voyny-i-rossiya
