Фото: Легион-медиа, Getty Images, архивы пресс-служб
В рубрике Time Out, которая рассматривает интересные локации города с точки зрения их истории и архитектуры, сегодня яркий пример советского конструктивизма.
Если у вас есть на примете какое-нибудь место, которое вы хотите обсудить, не стесняйтесь написать нам об этом в Telegram-канал. Мы обязательно рассмотрим ваши предложения.
Масштабные преобразования в стране требовали новых архитектурных решений
Мысленно вернемся в СССР, а именно в 1928–1930-е годы. Тогда все было направлено на воспитание советского человека, и для этого в стране появлялись дворцы культуры и дома‑коммуны. Одним из последних как раз был Дом Наркомфина. Свое название он получил благодаря заказчику — Народному комиссариату финансов. Жилое пространство строили для чиновников и деятелей культуры, и по идее оно должно было идеально соответствовать их укладу жизни.
Его автор, архитектор Моисей Гинзбург, отказался от декоративности в пользу чистых конструктивистских форм. Дом объединял квартиры, общественные пространства и бытовую инфраструктуру, превращаясь в своеобразный город внутри города. В распоряжении жителей были библиотека, столовая, спортзал, детский сад и прачечная, а сам комплекс должен был стать прообразом нового коллективного быта.
Какие инновации были применены?
Дом Наркомфина был не только социальным, но и архитектурным экспериментом. При его строительстве применяли новаторские для конца 1920-х решения: железобетонный каркас, шлакоблоки и ленточное остекление. Сегодня такие технологии кажутся базовыми, но тогда они выглядели как архитектура будущего. То же можно сказать и о раздвижных окнах, с которыми большинство советских граждан прежде просто не сталкивались.
Планировка квартир и при чем тут Пастернак
Квартиры в Доме Наркомфина называли ячейками. Они были компактными и проектировались с учетом разных сценариев жизни. Например, для семей с детьми предназначались квартиры площадью около 90 кв. м с кухней и двумя спальнями.
Всего в доме существовало 11 типов планировок. Среди их общих особенностей — потолки высотой от 2,3 до 5,2 метра, окна на две стороны и встроенная мебель. На кухнях уже были установлены гарнитуры, а в спальнях предусматривались откидные кровати. Интерьеры разрабатывал Александр Пастернак — архитектор и брат поэта Бориса Пастернака.
Самыми распространенными стали квартиры типа F — двухуровневые пространства площадью до 37 кв.
м с гостиной и спальней. Вариант 2F отличался наличием кухни и дополнительной спальни.
Невероятно, но факт: не все в реальной постройке соответствовало утвержденным чертежам, хотя за процессом строго следил комиссар финансов Николай Милютин. Некоторым квартирам выделили дополнительные комнаты. А одной из таких стал первый в стране пентхаус с выходом на крышу для того самого Милютина. По документам помещение изначально числилось комнатой для вентиляционного оборудования. Но справедливости ради, вентиляционные машины просто не было возможности купить, так что Николай занял свободную нишу.
Первым жильцам дома многое не нравилось, и не успев освоиться, они запустили флешмоб на ремонты: из первого этажа коммунального блока сделали два низких, а сплошной витраж заменили на шесть окон. Столовую закрыли, потому что многие предпочитали обедать в кругу семьи. Вместо нее на пятом этаже жилого корпуса создали коммунальную кухню. Детский сад тоже прекратил работу, а коммунальный корпус превратили в типографию. Бесконечные изменения частично спровоцировали разрушение дома, и в конце XX века его признали аварийным.
Реставрация
Восстановление дома Наркомфина пришлось ждать до 2020 года. Кстати, проектом реконструкции руководили сын и внук Гинзбурга, Владимир и Алексей, поэтому они тщательно следили за тем, чтобы все соответствовало оригинальным чертежам.
В результате реставраторы удалили кирпичи, вернули историческую планировку, цвета стен и потолков, отреставрировали рамы ленточных окон, восстановили винтовую лестницу на крышу и освободили колонны на цокольном этаже от пристроек. Так что недавно современные горожане заметили, что дом вообще-то стоит на столбах, благодаря которым архитектор избавил жителей первого этажа от неудобств: сырости, холодного пола.
Сегодня жилой корпус насчитывает 44 двухуровневые квартиры площадью от 30 до 120 кв.м, и все они проданы. Остальные корпуса закреплены за Музеем современного искусства «Гараж».
Жители дома — враги народа
Среди известных жильцов Дома Наркомфина были солистка Большого театра Ольга Инсарова (Окорокова), актриса Ольга Бган и художник Александр Дейнека, автор мозаик станции метро «Маяковская». Дом также посещал и высоко ценил Ле Корбюзье, считавший его одним из важнейших архитектурных экспериментов своего времени.
Впрочем, большинство квартир занимали представители советской номенклатуры. Судьбы многих из них сложились трагически: в годы сталинских репрессий часть жителей была объявлена врагами народа, арестована и расстреляна.
Источник: https://www.timeout.ru/msk/feature/ot-doma-dlya-sotrudnikov-ministerstva-finansov-do-muzeya-sovremennogo-iskusstva-garazh-istoriya-doma-narkomfina
