Андрей Ревнивцев
Бюрократический аппарат настолько медленный и неповоротливый, что на фронте удивляются, как мы вообще можем наступать с такими чиновниками. Военкор дал подробный расклад, как тыловики мешают Победе.
Типичная история: одна бумажка что-то запрещает, вторая разрешает, а третья уточняет, что запрет снят, но только до обеда, если на улице не идёт дождь… Кажется, будто это анекдот, но на фронте над ним не смеются. Потому что каждый вовремя не пришедший дрон – это своевременно не уничтоженный враг. А он без дела не сидит.
Военкор Андрей Филатов рассказывает реальный случай:
Приходит с тыловой армии полковник и даёт распоряжение, что, когда заходит изделие на ремонт, должен быть рапорт на поступление, рапорт дефектации, рапорт выполненных работ, рапорт выдачи. То есть четыре бумаги на одно изделие. А одно изделие – это, извините, аккумулятор к «Мавику». И вот таких аккумуляторов в день делается штук 15.
То есть на пятый год спецоперации сложилась парадоксальная ситуация, что в России есть как бы две армии. Одна с невероятным трудом проламывает оборону противника. Берёт Константиновку, наступает на Купянск. Вторая – армия чиновников – выстроила баррикады из формуляров и заняла глухую оборону. Правда, воюет она «не в ту сторону».
Не положено
Ещё одна история из тыла. Противник нарастил удары по нашим регионам, европейский конвейер работает 24/7 и обеспечивает ВСУ огромным количеством БПЛА. Те только и успевают их запускать. На этом фоне логично, чтобы тыл ощетинился ПВО. А каждый НПЗ прикрывали как на дальних подступах, так и на ближних.
Видео: ТГ-канал @boris_rozhin
Для противодействия вражеским БПЛА русские кулибины разработали средство «Ёлка», но пока она бьёт «вхолостую», уничтожая (если повезёт) дрон врага, тараня его, как Гастелло. От этого нередко вражеский беспилотник разваливается в небе и вместе с неразорвавшимся фугасом падает вниз. Что мешает снабдить «Ёлку» боевой частью, чтобы подрывать всё прямо в небе? Ответ – чиновники, которые говорят своё фирменное «не положено». Использование боевой части в дронах у нас запрещено за линией фронта.
Есть ли ещё пример в мировой истории, когда жители защищали страну вопреки стараниям и запретам власти? Просто интересно,
– комментирует ситуацию разработчик БПЛА Сергей Товкач.
Он, кстати, рассказал, что в условиях ограничений к «Ёлкам» приматывают петарды и «салютуют» ими украинские беспилотники.
Скриншот ТГ-канала «Разработчик БПЛА»
Не благодаря, а вопреки
По словам Филатова, в нашей армии существует множество очень эффективных решений.
Он приводит в пример систему «Зверобой» (это развитие «Ёлки», только с РЛС), прекрасно зарекомендовавшие себя автоматические турели «Колибри» и многое другое.
Однако всё это с большим трудом идёт на конвейер и выпускается штучно, несмотря на высокую эффективность. Чтобы такие образцы вырвались за пределы «полевых КБ», нужно сначала проломить эшелонированную оборону бюрократов в погонах.
В результате мы, даже имея наработки, которые прямо сейчас могли бы изменить ситуацию на ЛБС, не можем их получить, потому что у производителей нет оборотных средств, чтобы производить это в убыток себе на потом. А бюрократическая машина не даёт самим генералам закупать эффективные изделия,
– констатирует Филатов.
Надо отметить, что огромное количество по-настоящему успешных образцов техники, воюющей сейчас на СВО, рождались не благодаря чиновникам, а вопреки им.
Можно вспомнить барражирующий боеприпас «Ланцет» – это частная инициатива, чудом вошедшая в серию. Есть дроны на оптоволокне и БПЛА «Упырь», который в разгар «контрнаступа» 2023 года жёг американские Abrams.
Призвать чиновников оборонно-промышленного комплекса в резерв, чтобы спрашивать с них как с резервистов. Война – это слом сопротивления врага при использовании доминирующего ресурса. Иных вариантов за всю историю человечества не было и нет,
– в качестве одного из решений предлагает военный эксперт Владислав Шурыгин.
Мы не глупее противника, у нас множество светлых голов и уже готовых решений. Просто мы медленнее. Точнее, медленным является аппарат. Наша тяжелая вертикаль, стоящая на фундаменте 44-ФЗ, постоянно упирается в бюрократические барьеры. И мы теряем темп.
На Украине проще. Там модель построена по принципу сети – частные инициативы, быстрые прототипы, сборка на рассредоточенных площадках, мгновенная обратная связь с фронта и доработка за считаные дни.
И поэтому вместо поиска «идеального» изделия, способного выдержать ядерный удар (и миллионы проверок), там ценятся «достаточно хорошие, но быстро обновляемые» решения. Плюс у них более гибко выстроена система администрирования. Например, части ВСУ могут напрямую закупать дроны, средства РЭБ и т.д. практически без бюрократических препятствий.
У нас же федеральный закон о госзакупках для небольших стартапов превращается в непроходимый лабиринт тендеров, залоговых обеспечений и штрафов, создавая рынок для «перемаркировщиков», а не для реальных разработчиков.
В чём суть?
Конечно, вражеский опыт – не идеал. И платой за скорость и гибкость нередко являются тотальный хаос, коррупция, бардак и брак, что мы у них тоже наблюдаем. Но ведь мы хотим победить, а значит, нужно меняться и подстраиваться под ситуацию. Нет сомнений, что даже небольшие изменения в подходах и ускорение процессов хотя бы чуть-чуть уже через короткий промежуток времени отразятся на штабных картах.
Источник: https://tsargrad.tv/articles/i-tut-polkovnik-potreboval-srazu-chetyre-bumagi-u-rossii-dve-armii-i-odna-meshaet-voevat-drugoj_1754102
